Киево-Русская миссия свв. Кирилла и Мефодия и Аскольдово крещение Руси (ч.3)

Киево-Русская миссия свв. Кирилла и Мефодия и Аскольдово крещение Руси (ч.3)

Каким образом могла бы повернуться история Руси, славянства или Европы в целом, если бы Аскольд принял вместо христианства ислам или иудаизм?.. (Миссия Свв. Кирилла и Мефодия и ее значение для Киевской Руси)

Выше мы сознательно отклонились от поставленной темы и позволили себе углубиться в выяснение русско-хазарских отношений, чтобы уяснить, почему в IX в. европейские авторы практически не различали “хазарский люд” и древнерусские славянские племена, которые в то время уже достаточно прочно объединились вокруг Киева, что и спровоцировало путаницу в поздних житиях Свв. Кирилла м Мефодия, где рассказывалось о крещении “хазар” и их кагана. Что же касается самой хазаро-русской миссии славянских апостолов, то о ней, как и о крещении Оскольда-Николая Киевского, сохранилось очень мало известий, к тому же они не менее запутаны и противоречивы.
Согласно общепринятой версии, святые братья Кирилл и Мефодий вернулись в Моравию вскоре после “хазарской миссии”, и перед отъездом обнаружили славянские письмена и начали перевод Евангелия. Изучая этот вопрос, все исследователи ссылаются на Паннонские жития святых братьев как основные первоисточники. В 60-80-х гг. XIX в. О.М. Бодянский опубликовал 23 списка этих житий. Одновременно было обнаружено, издано и начато изучение других документов, которые составляют свод (корпус) источников относительно Кирилла и Мефодия. К ним относятся: Пространное житие, Короткие и Проложные жития, Итальянская легенда, Бандуричиво сказание, службы равноапостольным братьям, записанные кириллицей, службы, записанные глаголицей, и другие документы. Однако все эти источники, время написания которых как правило относится к X-XIII вв., не разрешают вопроса, где же именно начинали свою миссию равноапостольные братья. Как пишет известный историк Церкви митр. Макарий (Булгаков), «по одним [источникам], святые братья подвизались только в Моравии, куда они приглашены были тамошними князьями Ростиславом, Святополком и Коцелом; по другим – сперва в Болгарии, потом в Моравии; по третьим – наоборот, из Моравии уже приходили и в Болгарию». «Тенденциозность Паннонских Житий, – пишет другой историк проф. А.В. Карташев, – большинством ученых признана бесспорной. В них много сфальсифицировано, чтобы, в угоду моравско-паннонскому патриотизму, скрыть начало миссионерских подвигов в родной Константину и Мефодию Македонии и представить дело так, будто все ими сделанное только для моравов и только в Моравии. Отсюда много темных, бестолковых, явно искаженных мест. К числу этих мест относится и все то, что проливает свет на русское крещение 860 года».
Мы уже обозначили выше, что запутанные свидетельства житий о крещении Св. Кириллом хазарского кагана не выдерживают критики. Скорее, это уже позднейшие искажения и вставки, которые в первоисточниках касались лишь кагана Киевского. Ярким подтверждением этого могут служить рассказы из житий об обращении во время хазарской миссии языческих племен, которые поклонялись дубу, и его сожжении. Более вероятно, что это позднейшая вставка, заимствованная из преданий о епископе Исраэле, который еще в 682 году крестил савиро-хазарские славяноязычные племена во главе с князем Алп-Илитвером и сжег их священные дубы.
Акад. В. Ламанский убедительно доказывает, что в вышеупомянутом месте Паннонских житий речь идет о крещении киевлян, а не хазар, первое крещение, которое произошло в 860 или 862 годах, о котором вспоминает в своем Окружном Послании 866 г. и Патриарх Фотий Великий. По утверждению акад. Ламанского, для крещения Руси Фотий основал даже отдельную епископию, и наверняка сам поставил архиепископом Св. Мефодия… «Для этой христианской общины в Киеве Константин принес свои переводы, и в церкви Св. Ильи уже с того времени правили службы на славянском языке».
Подтверждением данных предположений служит отчасти само Пространное житие Св. Кирилла, составленное в Х в. если не его учеником Климентом Охридским, то ближайшими последователями св. Кирилла, а также Итальянская легенда, агиографическое сказание хорвата Бандурича (так называемое «Бандуричево сказание») и некоторые другие источники. Согласно им Святителя Мефодия действительно правильнее было бы считать не только Моравским, но и Киево-Русским просветителем, ведь хазаро-русскую миссию вместе со своим младшим братом он осуществил намного раньше. К слову, в одной чешской хронике XIII в. Св. Мефодия называют “Русином” даже по национальности. Данное сообщение возможно пояснить лишь тем, что пришел святитель в те края из Руси, где был какое-то время пастырем-миссионером. Впоследствии, с уничтожением в Чехии немецкими католическими миссионерами основанных Св. Мефодием национальных православных епархий (где языком богослужения был славянский), о первом крещении чехов было практически забыто, а потому хронист «с печалью, – как пишет католический историк Ю. Федорив, – вспоминает “русина” Мефодия». 37 Подобные упоминания единично сохранились и в наших отечественных источниках. Так, например, в русском пергаменном прологе из вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря святителя Мефодия без каких бы то ни было пояснений названо «учителем руським». Как отмечает по этому поводу проф. Карташев: «Переписчик пергаменного пролога XV века списал с какого-то древнего оригинала это убеждение древнерусских книжников». Подтверждение данных выводов находим также в исследованиях ученых акад. В.И. Ламанского, А.В. Пархоменко и других, согласно которым Свв. Кирилл и Мефодий именно в связи с поручением им Св. Фотием и императором Михаилом хазаро-русской миссии перевели на славянский язык Святое письмо и другие богослужебные книги восточного обряда.

Как свидетельствует уже упоминавшееся Пространное житие Св. Кирилла, «и нашел он там (в Херсонесе – авт.) Евангелие и Псалтирь, писанные русскими письменами, и человека, говорящего на том языке. И, побеседовав с ним, уловил он смысл речи и, сравнив ее со своей, выделил гласные и согласные. И, совершив молитву Богу, вскоре стал читать и говорить. И все дивились ему, и славили Бога».Также в «Толковой Палее» (XV в.), которая составлялась на основе более древних источников, сообщается: «Грамота русская явилась Богом данная в Корсуни русину. От нее же научился философ Константин, и оттуда составил и написал книги русским гласом». Как известно, путешествие Св. Кирилла в Херсонес состоялась накануне хазаро-русской миссии, т.е. до 861 года. Из жития мы видим, что уже тогда существовали переводы Священного Писания на русский язык. Также, согласно сообщениям черноризца Храбра, восточные славяне издавна писали “чертами и резами” – так тогда называлось первобытное древнеславянское письмо. Из отечественной летописи известно и о каком-то “Ивановом письме”, которым Киевский князь Олег составлял договор с греками. Согласно летописцу Мартину Бельскому, еще Св. Иероним (342-420), по происхождению славянин из Паннонии, в IV в. «грамоту своим родным языком составил». 44 Немалый интерес в этом отношении представляет и обнаруженная в Киеве так называемая “Софиевская азбука”. Она состояла из 27 букв: 23-х греческих и 4-х славянских. Это не кириллический алфавит, который состоит из 43-х букв. Нельзя его считать и азбукой из 38-ми букв, о которой упоминает черноризец Храбр. По мнению С.А. Высоцкого, “Софиевская азбука” отражает один из переходных этапов восточнославянской письменности, когда к греческому алфавиту русичи-христиане начали добавлять буквы для передачи фонетических особенностей славянского языка. Возможно, что это тот алфавит, которым христианские миссионеры пользовались на Руси в противовес “языческому” примитивному письму еще до Оскольда, а быть может, и в его время, до окончательного усовершенствования славянской азбуки в Болгарии.

Свв. Кирилл и Мефодий создают славянскую азбуку

Все это в свою очередь подтверждает как исключительно русский характер миссии солунских братьев, так и существование письменности и древних славянских азбук, хотя и в несовершенной форме, в первобытной Руси задолго до Свв. Кирилла и Мефодия, а также достаточно крепкие христианские корни в нашем народе уже в то время. В частности, Св. Иоанн Златоуст пишет, что у скифов и сарматов есть переводы Священного Писания на их родной язык. Исправив и усовершенствовав тот язык, «выделив гласные и согласные», – как сказано в житии, и соединив его с языком македонским, греческим, латинским и другими, Кирилл и создал единую для всех славян церковно-славянскую азбуку.

 

Азбуки глаголицей та кириллицей

Многие ученые считают, что азбукой, изобретенной в Херсонесе Св. Кириллом, была глаголица, которую, по-видимому, он позаимствовал из древних прото-русинских рукописей, существовавших, возможно, еще в скифо-антские времена. Впоследствии ученики Свв. Кирилла и Мефодия осуществили новую письменную реформу, синтезировав глаголицу с греческой азбукой. Новая церковно-славянская азбука была названа в честь Св. Кирилла – кириллицей, которая при помощи Православной Церкви очень быстро заменила у славян глаголицу.
Создание единой церковно-славянской азбуки было событием огромного культурно-исторического и духовного значения не только для древнерусского, болгарского, сербского, македонского, черногорского, моравского, хорватского и других славянских народов, но и для целой Европы. До письменной реформы Св. Кирилла разрозненные славянские племена не имели единой азбуки и пользовались чем придется: кто латиницей, кто греческим, иллирийским, фракийским, готским или другим письмом. Даже первобытная древнеславянская письменность в разных регионах существенно отличалась друг от друга. К тому же, этими примитивными системами письма пользовались в основном языческие волхвы, которые скрывали ее от других слоев славянского общества, а потому она не смогла получить существенного распространения среди славян. С реформой Свв. Кирилла и Мефодия и постепенной христианизацией, славяне, и, прежде всего, древние русичи, приобщились к великому источнику знаний – книге, получили возможность свободно и без препятствий общаться с разными славянскими племенами, договариваться о примирении и объединении.

Старославянская рукопись, писанная глаголицей

“Этот перевод, – пишет выдающийся историк Церкви митр. Макарий (Булгаков), – имел самое сильное влияние на пробуждение духа народного в славянах и уяснения их народного самосознания. Здесь в первый раз услышали они звуки родного слова в речи стройной, облагороженной, возвышенной и в первый раз начали понимать, как богат, величественен и прекрасен язык их пращуров, в первый раз заглянули, так сказать, лицом к лицу в собственную душу и увидели все величие и крепость ее природных сил, для выражения которых служит такое могущественное слово… В то же время, будучи понятен для всех поколений славянских, этот перевод, распространяясь между ними, живее всего напоминал им о их кровном родстве и братстве, а предлагая им истины нового рождения от Бога благодатью Духа Святого, представлял лучшее средство для соединения их еще более крепкими узами родства духовного – во Христе Иисусе”.

«Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Иоанн. 1, 1). Именно это Божие Слово стало началом творения новой древнерусской, да и в целом славянской культуры, культуры высоко нравственной, христианской. К этому моменту у славян единой культуры в полном понимании этого слова еще не существовало. Следовательно, она родилось из глубины самого богооткровения, от благодати Духа Святого.

Следует отметить, что из всех Поместных Церквей лишь славянские исконно пользуются собственным богослужебным языком. Во всех других все время использовались греческий или латинский языки. Связано это с тем, что длительное время чужие языки в богослужении существенно замедляли распространение христианства среди славян. Греческий, как и латинский языки славянам были не только не понятны, но и враждебны. Христианская миссия среди славян могла иметь массовый характер лишь с утверждением славянского православия, с собственным языком в богослужении. А поскольку это случилось лишь благодаря апостольской миссии Свв. Кирилла и Мефодия, то этих равноапостольных святых и принято считать основателями Славянской Церкви, несмотря на то, что многочисленные случаи принятия славянами христианства имели место задолго до них.

Просветительство, равноапостольство святых братьев заключается не в том, что они принесли заморскую мудрость “темным” и “непросвещенным” славянам, а в том, что стремились отстоять особое место славянских народов в христианском мире. Некоторые ученые даже считают, что “есть все основания полагать, что основная цель славянских учителей была смелее, чем подчинить Славянскую Церковь то ли Римскому папе, то ли Константинопольскому патриарху. Они стремились отстоять право славянского сообщества на независимость и самостоятельность. Они стремились к созданию самостоятельной церковной организации”.

“Деятельность Кирилла и Мефодия имела общеславянское значение. В краткий срок им удалось создать в сущности новую церковную организацию, открыть училище для подготовки кадров славянского духовенства, постепенно перевести на славянский язык богослужение, осуществить много переводов с греческого и латинского. Все это наследие стало теоретической основой Киевского христианства, обеспечило его распространение и расцвет в ХІ – ХІІ веках”.

В целом, апостольская миссия Свв. Кирилла и Мефодия и их усердие в деле распространения Христова учения были настолько значимы, что историки часто сравнивают их со Св. Апостолом Павлом. Ни один из миссионеров Восточной или Западной Церкви не сделал так много для распространения христианства и не имел такого влияния на последующий ход событий в европейском, особенно славянском мире, как эти святые братья. И знаменательно то, что миссию благовествования в Восточной Европе Провидением Господним они начали именно с Руси, из священного центра восточных славян – Киева, при усердном участии князя Киевского Оскольда-Николая, без содействия которого, возможно, и миссия эта никогда бы не состоялась.

Невозможно представить, каким образом могла бы повернуться история Руси, славянства или Европы в целом, если бы Оскольд принял вместо христианства воинственный ислам или иудаизм… Следовательно, мероприятия первых русских христианских монархов имели общеевропейское значение. Миссия Свв. Кирилла и Мефодия, призванных Великим князем Оскольдом в Киев, уберегла Русь, как считает митр. Макарий, от угрозы исламизма, в то время как под его ударами уже погибали юго-восточные соседи: волжские болгары, хазары, буртасы, аланы, а среди них и некоторые проживающие там славяне. «Великая опасность, – пишет митр. Макарий, – угрожала тогда предкам нашим, а через них и всему их потомству. Но благодарение Господу, совещавшему о нас благое!» В это самое время осуществили свою миссию Свв. Кирилл и Мефодий; славяне начали совершать богослужение на родном языке. «Против таких средств внешних, кроме внутренней силы самого христианства, трудно уже было действовать исламизму – и вера Христова действительно восторжествовала над ним и мало-помалу начала озарять обширные страны Руси» и всего восточноевропейского славянского мира.

Продолжение следует

Сергей ШУМИЛО, специально для "УНИАН-Религии"

 


 

Якщо ви знайшли помилку, видiлiть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter